“День смерті пані День”

Юрий Андрухович открывает Америку

Подобные антологии – объединенные именем переводчика и его же, переводчика, глубоко субъективными предпочтениями – не редкость в мировой издательской практике. Редкость они в Украине – то ли по причине отсутствия сильной переводческой школы, то ли банально, как на всё, нет денег. Первую причину отметем, будучи оптимистами. Вторая была – в нашем случае – частично решена пять лет назад, когда гуру суч-укр-лита Юрий Андрухович получил стипендию от Программы академических обменов им. Фулбрайта – и возможность поехать в Америку, обзавестись всеми необходимыми материалами и работать над книгой. Работа велась неспешная и кропотливая – окончательный, изданный в “Фолио” результат был презентован на последнем Львовском книжном форуме.

Результат – “День смерті пані День” – получился неформатно-квадратным, не самым удобным для ношения с собой и чтения в общественном транспорте. Разве что в трубочку свернуть. По формату эта антология – нечто среднее между потрепанным томиком стихов, которые во все времена таскало в кармане романтично настроенное юношество, и золотообрезным томом из серии “Библиотека мировой литературы”. Хотя по замыслу это скорее второе. “День смерті пані День” – это попытка представить в максимально полном объеме одно из самых значительных явлений не только в американской, но и в мировой литературе: поэзию битников и их современников.

Битники – эти странствующие философы-маргиналы, “бродяги Дхармы” (Керуак), поэты улиц и кабаков – представлены в антологии наиболее широко. Это, во-первых и в-главных, Аллен Гинзберг (Allen Ginsberg) – “Уолт Уитмен ХХ века”, рупор и главный идеолог битников, прекрасно осознающий эту свою роль…

Куди ми йдемо, Волте Вітмене? Усі двері зачиняться вже за годину. Котрий зі шляхів означить нині твоя борода?

(Я торкаюсь твоєї книги, уявляю нашу одісею супермаркетом і відчуваю як це безглуздо).

Будемо йти всю ніч порожніми вулицями? Дерева примножать ряди тіней, загаснуть світла в будинках, ми удвох будемо найсамотніші.

Будемо крокувати марячи про втрачену Америку любові, минаючи сині автомобілі на шосе, рухаючись додому, до нашого безмовного притулку?

(“Супермаркет у Каліфорнії”)

“Втрачена Америка любові” – это идефикс не только для Гинзберга, но и для самого Андруховича, который в пространном предисловии признается в своей любви к “Америке, которую мы потеряли”: “Мені шкода Америки. Вона така велика, самотня и беззахисна”. Не самый обычный угол зрения. Андрухович открывает для нас совсем другую Америку – мало чем отличающуюся от всего остального мира, где утраченная любовь не продается в супермаркетах…

Кроме Гинзберга, наше (Андруховича) открытие Америки включает в себя: “вечного подростка” Грегори Корсо, поэта-книготорговца Лоренса Ферлингетти, “бескомпромиссного беглеца от цивилизации” Гэри Снайдера…

Но – не битниками едиными жива американская поэзия. Гораздо менее шумным, но не менее значимым явлением были Нью-Йоркская школа поэзии, сгруппировавшаяся вокруг всемирно (но почему-то не у нас) известного Фрэнка О’Хары, и “Школа поэтов Блэк Маунтен”. В антологию включены еще два “нью-йоркца” – Джон Эшберн и Кеннет Кок – и два “блэкмаунтенца” – Роберт Крили и Роберт Данкен. Этого вполне хватит, чтобы представить американскую поэзию 1950-60-х годов в полном объеме. Незаменимая книга для филологов – и для всех неравнодушных к поэзии читателей.

P.S. “Пані День” – это Lady Day, как называли великую джазовую певицу Билли Холлидей. Ей посвящено стихотворение Фрэнка О’Хары, заканчивающееся строками:

…і згадую

як у П’ЯТИ БАКСАХ я прихилився до сортирних дверей

в мить коли вона шепотіла пісню Мелові Волдрону

понад клавіатурою і кожен з нас і я так само перестав дихати

Книга была любезно предоставлена издательством “Фоліо

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Поделись в социальных сетях

Теги

Читай также


Новости партнёров


Комментарии

символов 999

Новости партнёров

Новости tochka.net

Новости партнёров

Loading...

Еще на tochka.net