Илья Стогоff "1999: Роман в стиле техно"

Литературный проект “Стогoff” продолжает удивлять. Очередная книга вышла под названием “1999”. С одной стороны, она претендует на статус исторического романа, описывая реальные события 15–20-летней

Литературный проект “Стогoff” продолжает удивлять. Очередная книга вышла под названием “1999”. С одной стороны, она претендует на статус исторического романа, описывая реальные события 15–20-летней давности, а с другой – автор на первой же странице, после традиционного своего вступления “Серая река, серая набережная, серая решетка Литейного моста...”, оговаривается: “Главные герои этой книги уже мертвы... а те, кто жив и не безумен, отказывались со мной общаться. Так что воспринимайте эту книгу, как вымысел”. Весьма странно. Хочется сказать: “Стоп. Как же так? При живых-то героях – и выдумывать?”. Нет ничего опаснее, чем факты, превращенные в вымысел.

Тем не менее, очертя голову мы устремляемся вслед за Стогоffым. Богатство его воображения поражает сразу. В начале романа он динамично разворачивает перед нами действительно правдоподобные картины того ослепительно яркого просвета времени длиною лет в пять, когда социализм кончился, а капитализм еще не начался. Когда снимался фильм “Асса” и героями страны становились мальчики-банананы и рок-музыканты. Борьба в Стогоffе репортера желтой прессы и писателя продолжается. Пока преимущество у репортера. Читатель, которому в первой половине романа всё же удалось преодолеть фирменные cтогоffские “байки”, во второй половине будет вознагражден: если не филигранностью исторического отображения питерских событий 80-х, то основной нотой романа, очень тонко прописанной и пронзительно ностальгической. Певец “потерянного поколения” (1965–1970 годов рождения), действительно изрядно “прореженного” алкоголем и наркотиками и полегшего в бандитских разборках, Стогоff придумал новый термин – “поколение истлевшее”, имея в виду, судя по всему, не физическое исчезновение/истлевание, а необратимое моральное преображение выживших, которое и является настоящим тлением, куда страшнее физического. Поэтому в его фразе: “Они умерли и стали легендами”, относящейся к гуру перемен, не звучит никакой печали, скорее зависть. Очень тяжело, очень деструктивно. Очень по-питерски.

Заканчивается книга монотонной речью предполагаемого экскурсовода, ведущего группу по Питеру будущего. Тут нашему взору предстает картина, достойная таких фильмов, как “Искусственный интеллект” и “Послезавтра”: “...главная достопримечательность – знаменитый полутораметровый обломок Александрийского столпа, всё еще торчащий из серых вод на том месте, где некогда располагалась Дворцовая площадь”.

По материалам Книжного обозрения

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Поделись в социальных сетях

Теги

Читай также


Новости партнёров


Комментарии

символов 999

Новости партнёров

Новости tochka.net

Новости партнёров

Loading...

Еще на tochka.net