С первым майя

Мела Гибсона вновь обвинили в расизме. Новая картина, снятая на юкатекском диалекте языка майя с актерами-непрофессионалами из числа представителей коренных народов Америки, грозит Гибсону очередным общественным остракизмом. Режиссер в одночасье развеял миф о благородной, невероятно развитой и могучей цивилизации, павшей под натиском конкистадоров-завоевателей.

Режиссеру и актеру Мелу Гибсону вообще в последнее время не фартит. Так, практически ни одна заметка о премьере "Апокалипсиса" /Apocalypto/ (2006) не обходится без упоминания недавнего инцидента с участием автора картины. Например, журнал Rolling Stone начинает статью с фразы "Вместо того чтобы обсуждать антисемитские выступления бухого Гибсона, давайте лучше поговорим о его новой картине". А британский Total Film к рассказу о трудовых буднях съемочной бригады "Апокалипсиса" подверстал хронику июльских похождений Гибсона, снабдив материал едким замечанием: "Режиссер вряд ли сможет участвовать в промокампании фильма, поскольку ему предписаны еженедельные посещения собрания анонимных алкоголиков". Мол, при таких раскладах по миру с картиной не поездишь.

Верный муж, отец семерых детей, старокатолик, любимец публики, серьезный режиссер превратился в фигуру уровня Пэрис Хилтон, красавицы-тусовщицы, которая славится своими глупыми и скандальными высказываниями. Мир разделился на яростных противников и преданных сторонников Гибсона. Одни призывают разорвать с ним деловые отношения и бойкотировать картины режиссера, другие носят майки с надписями "Свободу Мелу Гибсону". Шутки над любителем текилы — хит сезона: к примеру, комик Роб Шнайдер заявил, что не станет работать с Гибсоном, даже если тот предложит ему главную роль в фильме "Страсти Христовы". За свою карьеру Гибсон уже успел оскорбить представителей сексуальных меньшинств, поругаться с Ватиканом, обвинить евреев во всех войнах мира. И вот теперь добрался до бедных майя. Изучив священные мифы, пророчества сакральной книги "Пополь-Вух" и свидетельства испанцев, он вывел образ безжалостных охотников на людей, захватчиков, рабовладельцев, кровожадных идолопоклонников, истребивших многие племена Северной Америки. Впрочем, его точка зрения на нравы индейцев не слишком расходится с официальной. Из уроков истории мы запомнили, что майя приносили человеческие жертвы и не гнушались каннибализмом.

"С одной стороны, майя были очень образованы, с другой — абсолютнейшие дикари", — говорит и показывает Гибсон. Величественные зиккураты стоят на костях покоренных народов, а со ступеней пирамид льется кровь и катятся головы принесенных в жертву рабов. Ничего другого от режиссера никто и не ожидал. Три его предыдущих проекта в той или иной степени затрагивали тему насилия. Будь то история изуродованного учителя из "Человека без лица" /Man Without a Face, The/ (1993), эпизоды борьбы шотландцев за независимость в оскароносном "Храбром сердце" /Braveheart/ (1995) или мучения Иисуса в "Страстях Христовых" /Passion of the Christ, The/ (2004). В новом фильме свирепые наемники майя превращают убийство беззащитных жертв в леденящую душу игру.

Человек жесток по своей природе, убежден Гибсон. Но для одного проявление звериной натуры — единственная возможность выжить, для другого — соблазн, удовольствие. Цивилизация, образование, власть превратили майя в дикарей, поставивших садистские жертвоприношения с вырыванием сердца и отрезанием головы на поток. Тем самым они уничтожили сами себя. Тема заката культуры, ее умирание на стадии, как говорят англичане, ripe with decay ("зрелый, с признаками гниения"), не раз становилась предметом исследования мэтров режиссуры. Так что Гибсон в этом смысле далеко не Колумб и Америку не открывает. Вспомнить хотя бы обезумевших от насилия и превратившихся в дикарей солдат из "Апокалипсиса сегодня" /Apocalypse Now/ (1979) Фрэнсиса Форда Копполы. Параллели "Апокалипсиса" с шедевром Копполы очевидны, при том что Гибсон всячески старался избежать подобных аллюзий: оригинальное название картины — Apocalypto заимствовано из греческого языка. Да и со зрителем Мел Гибсон в отличие от классика общается на простом, доступном языке массового кинематографа.

"Апокалипсис" — в первую очередь развлекательное кино. Компания 18-летних студентов, придя на картину, становится свидетелем захватывающей дух погони", — говорит Гибсон. И впрямь, треть ленты — это кровавая гонка по джунглям: каратели-майя мчатся по пятам сбежавшего индейца Ягуара. Здесь и жесткие поединки, и хитроумные ловушки, и эпические виды, и бешеный драйв с хронометражем, на секундочку, более пятидесяти минут. Много ли в мире режиссеров, способных столь долго удерживать внимание зрителя? Всякий ли автор может совладать с кучей непрофессиональных актеров? Гибсон, человек невероятно одаренный и трудолюбивый, это осилил. "Апокалипсис" — мастерски сделанное приключенческое кино, в котором общение героев на мертвом языке — не более чем аттракцион, необходимая составляющая экзотического антуража. Гибсон не мудрствует, все смыслы и значения ленты лежат на поверхности. Они просты и доступны, тем более что передаются посредством ярких образов экшн-кино. Не поймет их только тот, кто может спутать взрослого самца ягуара с новорожденным котенком. Ну а для особо одаренных Гибсон предусмотрел начальный титр: "Великие цивилизации невозможно разрушить извне, пока они не разрушат себя изнутри". Впрочем, кто будет выискивать тонкие культурологические параллели и кинематографические аллюзии? Ведь на экране благородный герой, пытаясь спасти обреченную на гибель возлюбленную, так красиво и так хитро расправляется с кучей жестоких подонков.


Автор: Стас Лобастов Фильм.ру

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Поделись в социальных сетях

Теги

Читай также


Новости партнёров


Комментарии

символов 999

Новости партнёров

Новости tochka.net

Новости партнёров

Loading...

Еще на tochka.net