Вислава Шимборска “Ее поэзия”

Польская поэтесса, награжденная в 1996 году Нобелевской премией по литературе “за поэзию, которая с иронической точностью раскрывает законы биологии и действие истории в человеческом бытии”,

Польская поэтесса, награжденная в 1996 году Нобелевской премией по литературе “за поэзию, которая с иронической точностью раскрывает законы биологии и действие истории в человеческом бытии”, популярна в самых разных кругах и далеко за пределами Польши. Стихи Виславы Шимборской (Wislawa Szymborska) помогают понять современный мир и разобраться в себе. Спокойное достоинство без кичливости, этичность, философичность, умение четко определять суть вещей и явлений и давать имя этой сути, прямота и риторичность – почерк, свойственный перу Шимборской. Даже если она пишет о “кровавых тряпках, золе и грязи” – и тогда от строф веет духом тонкого и внимательного аристократизма.

Благородство у Шимборской в крови, плюс сказались воспитание и учеба в старинном Ягеллонском университете. Первые поэтические опыты пришлись аж на начало 50-х – утопичные и пропитанные соцреализмом до последнего слова. Позднее Шимборска отказалась называть эти стихи настоящей поэзией. Повторный дебют – книга “Призыв к йети” 1957 года (йети – гималайский снежный человек) – принес известность и ознаменовал перелом в творчестве. Развернувшись на 180 градусов, поэзия Шимборской приобрела прямо противоположные былым оттенки: пессимизм, часто неприкрытый скептицизм, который смягчается иронией, игрой, шаржем, а разговорно-доверительная интонация стихов делает их понятными широкой аудитории.

Пессимизм, просочившись однажды, остался навсегда: память о войне стереть невозможно. Разочарование в цивилизации, породившей нацизм, оружие массового поражения, Освенцим и Хиросиму, прозвучало в творчестве многих современников Шимборской. Но всё преходяще, вечны лишь облака, залог “непрерывного полета”, который – в постоянной трансформации. Всё забывается, и в этом – основа мирового порядка. Войну навсегда запомнят ее участники, немного – те, “кто малолеткой ужас пережил”, и жизнь уступит место тем, кто “вовсе ничего не помнит”. Это – проблеск надежды на счастье уже сегодня, который поэтесса сравнивает с блеском рыбьих чешуек, отражающих солнечный свет в подводном речном сумраке. Шимборска часто предлагает несколько вариантов происходящего, несколько версий событий. По ее стихам можно блуждать, как по тропинкам в лесу: куда повернешь, туда и угодишь. Только судьбу, к сожалению, не выбирают.

В книге “Конец и начало” (1993) политичность и непримиримость Шимборской окончательно уступили место задумчивой элегичности и печали. Поэтесса словно прощается с кем-то. Трогательное стихотворение “Кот в пустом доме”, похоже, – метафора ее личного одиночества. Кстати, недаром говорят, что переводчик – второй автор. Сравните:

Спит котенок, ушко чуть дрожит: / все шаги на лестнице чужие, / и чужие руки положили в мисочку отваренную рыбку (пер. В. Луцкера)

и

На лестнице слышны шаги, но не те. / Рука, что клала рыбу на тарелку, / Тоже не та, другая. (пер. Н. Астафьевой).

Мне ближе второй вариант: почему-то кажется, что сама Шимборска выражает свои чувства с такой вот сдержанной японской лаконичностью. Она удивительным образом уравновешивает значимость проявлений этого мира, где на “великие вопросы” верными оказываются “мелкие ответы”, а векторы обреченности и надежды сходятся в одной точке – в самом человеке, который есть “сам себе препятствие” и подспорье.

Юлия Музычкина

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Поделись в социальных сетях

Теги

Читай также


Новости партнёров


Комментарии

символов 999

Новости партнёров

Новости tochka.net

Новости партнёров

Loading...

Еще на tochka.net