ALLCHAOS “Иордания и немного Сирии. 5”

В девять утра приехал мой драйвер, и поехали в Вади Рам. Ехать пришлось часа полтора. Не так уж и много. Суть такова – я приезжаю к обеду в кэмп. Ночую там, день там, опять ночую, и уезжаю. Но еще в

В девять утра приехал мой драйвер, и поехали в Вади Рам.
Ехать пришлось часа полтора. Не так уж и много. Суть такова – я приезжаю к обеду в кэмп. Ночую там, день там, опять ночую, и уезжаю. Но еще в Москве у меня родилась идея взять кэмэла и отправиться в пустыню с ночевкой. Ее я и собирался реализовать.
Кэмпы бывают разные. Есть просто ряд стандартных двухместных палаток. Правда они конечно не низкие, и стоять там можно почти в полный рост, есть такие же как мой Capitan Camp – это что-то типа огромной палатки, разделенной на «номера» висящей плотной тканью. Т.е. ты по сути в 4 миллиметрах от соседей. Так что с точки зрения создания своего «прайда» стандартные двухместные палатки куда лучше. В моем кэмпе есть бар-ресторан – это закрытое тентом место, с одной стороны имеющее естественную стену в виде горы, с расставленными в Г образном порядке столами, с костровищами. Есть еще и «президентский» номер. Это отдельностоящий шатер в несколько комнат – типа прихожая, занавесочку поднял – кабинет, дальше поднял – спальня. «Very expensive, very expensive…» - все время прицокивал араб показывая мне эти чудеса. Я даже уточнять не стал. Потом пил чай и ждал главного менеджера. По поводу верблюда.
Так уж вышло, что почти все местные что попадались мне, страдали топографическим кретинизмом. Мой водитель, когда мы ехали Джераш, довольно забавно отреагировал на мою просьбу показать на карте где мы в данный момент находимся. Он схватил карту и начал водить по ней пальцем, при этом периодически залезаю то на территорию соседней Сирии, то в Палестину, а один раз даже добрался до средиземноморского побережья Израиля но во время одумался. Через некоторое время сопения он спросил у меня… (он, иорданец, спросил у меня, человека находящегося второй день в Иордании), так вот, он спросил: «А где Амман?». Для тех кто не представляет себе карту Иордании, спешу сообщить что страну с севера на юг можно проехать за пять часов, а Амман самый крупный и самый цивильный город Иордании, и кроме всего прочего ее столица. Так вот этот водитель, иорданец, спросил у меня: «А где Амман?». Как только я показал ему на карте самое большое черное пятно с большой жирной надпись AMMAN, он сразу повел пальцем на север, немного там поковырялся, и ткнул пальцем – «Здесь!». И это еще не все. У меня была замечательная принимающая сторона. Я про нее уже писал в начале. Так вот, когда в первый день они приехали ко мне в отель, я на карте центра города (прошу обратить внимание, не на карте ВСЕГО города, а на карте ЦЕНТРА города) просил показать их где расположен мой отель. Они склонились над картой, долго ее разглядывали, затем начали спорить друг с другом, водить по ней пальцем, и в результате ткнув на какой-то отель заявили – «Здесь!». Но позвольте, - усомнился я, - отель где мы сейчас сидим называется Grand Palace Hotel, а этот носит совсем другое название, вам не кажется? «Его недавно переименовали. Раньше он был другой а теперь Grand Palace Hotel!» Ну и естественно в тот же день я выяснил что мой отель в другом месте, тот отель на своем месте, и никто ничего не переименовывал. У арабов, собственно говоря, есть такая традиция – они даже если не знают, все равно скажут.
Моего проводника в пустыню зовут Абдала. Абдала в переводе с арабского означает «Раб Аллаха». Верблюда – не помню. Верблюд по-арабски – джемел. Абдала называл его Кэмел. Я тоже называю его Кэмел. Так проще. На Кэмеле привязаны куча одеял и матрас, в мешках еда и вода – все что необходимо дабы продержаться два дня и одну ночь. На Абдале теплая куртка – ночью будет холодно.
Верблюд попался крайне нервный – как надо на него залезть, или просто посадить его что бы достать вещи, он начинает громко орать и жевать свою желтую противную жвачку, которая периодически кусками вываливается из его пасти. Первое время верблюда «за уздцы» вел Абдала – я просто сидел и скучающим взглядом обводил окрестности. Попытался завести предметный разговор – мол что за место где мы будем ночевать, но Абдала как выяснилось не обладал хорошим запасом английских слов, несколько раз повторил про какой-то «мост», и я отстал от него. Через час Абдала видимо решил поразвлечься – он отдал мне веревки от верблюда, сообщив что все очень просто – право, лево, на себя. Я тоже обрадовался таким элементарным правилам управления верблюдом, и начал активно рулить в разные стороны, играя в капитана корабля пустыни. Верблюд припустил в легкий галоп, а потом вдруг вообще погнал незнамо куда. Картина такая: я сижу верхом на верблюде, тяну на себя вожжи так, что голова бедного Кэмела почти уже у моей, позади по барханам скачет Абдала, кричит «словли, словли…», при этом как только я делаю это самое «словли…» и голова верблюда приближается к своему обычному местонахождению, четвероногий друг тут же ускоряется, оставляя далеко позади неловкого Абдалу. Немного пообвыкшись на скачущем звере я обратил внимание, что хоть и нельзя регулировать скорость, но вот поворачивать вполне можно, и начал потихоньку загонять взбесившиеся животное в каменный мешок – небольшое углубление между скал. Чем ближе к тупику, тем медленнее движется скотина, дважды он даже остановился и отхватил своими губищами сухой куст, но все не подпускал Абдалу к себе близко. Стоит верблюду услышать его шаги, как он тут же ускорялся на значительное расстояние. В результате Абдала усыпил бдительность животного. Верблюд расслабился и оказался опять в цепких лапах Абдалы.
Когда началось ущелье, я покинул свой «корабль пустыни», взял камеру, и то отставая, то обгоняя Абдалу начал скакать по горам.
После пяти вечера быстро стало темнеть. Встали на ночевку. Абдала собрал хворост, разжег огонь, заварил бедуинский чай, разогрел ужин. Наш ужин это курица с картофелем заранее завернутая в фольгу, овощи, и лепешка. У меня нашлось несколько баночек пива, так что после ужина мы сидели возле костра, пили пиво и говорили.
У Абдалы совсем мало детей – всего трое. Правда и сам Абдала еще молодой – ему еще нет тридцати. Планирует еще детей, но денег мало, и кормить будет трудно. У Абдалы есть два верблюда, один это тот который сейчас обгладывает куст, а другой, совсем еще маленький находиться дома. Верблюд для Абдалы – это его хлеб. Нет верблюда – работу он себе не найдет. Или найдет такую что денег не принесет. Взрослый верблюд, которого уже можно использовать как вьючное животное стоит 1 000 динаров. Маленький, которого еще надо растить, т.е. кормить а толку от него еще нет – 500 динар. Верблюд в зимнее время года, когда нет жары, может оказывается не пить тридцать дней. А вот летом, тридцать дней он уже не продержится. Жрет верблюд что попало и в кормежке очень непривередлив. По деньгам выходит очень дешево. Я честно сказал Абдале что верблюда у меня никогда не было, но в ближайшее время обязательно заведу. А еще, Абдала мне сказал что я первый его русский турист. Русские туристы обычно путешествуют по пустыне на джипе. Верблюдов они не очень уважают. Зато французы очень любят уходить на несколько дней в пустыню. Несколько раз Абдала водил французских путешественников. На верблюда загружалась поклажа, а люди шли пешком. Или можно взять еще верблюдов, и все будут ехать. Кому как нравится. Но самый неизгладимый след оставила в душе Абдалы немецкая туристка. Женщина потолстела на немецких харчах, и отправилась в большое путешествие с целью вернуть утраченную форму. Она провела несколько дней на Мертвом Море, затем пешком дошла до Акабы, там еще неделю, далее добралась пешком до Вади Рам, здесь наняла Абдалу с верблюдом, загрузила на верблюда свой рюкзак, они пешком дошли до Петры, там попрощались, Абдала вернулся назад, а девушка отправилась дальше в Амман, затем в Сирию. Конечной точкой ее пешеходного маршрута была Турция.
Проснулся я примерно в шесть утра. Как раз с рассветом. Делать в пустыне вечером нечего, вот и уснули мы вчера наверно часов в девять вечера. Где-то после трех ночи стало резко холодно, я несколько раз просыпался пытаясь как то теплее укутаться. Верблюд ночью вел себя шумно, периодически просыпался, начинал грызть куст, путался в привязи, топал ногами и т.п. Как минимум дважды Абдала ночью перевязывал кэмела к другому кусту. Вообще же ночью стояла полная тишина, а поскольку было совершенно безоблачно, то луна освещала пустыню не хуже любого прожектора – очертания далеких гор были видны отчетливо.
Короче говоря проснулся я от потрескивания дров – Абдала разжег костер. Мы попили чай, на скорую руку позавтракали, и собрав вещи двинулись в путь.
Погода великолепная, описывать Вади Рам нет смыла, скажу только что после обеда Абдала начал волноваться – он не корректно рассчитал маршрут и время, и мы могла не успеть до темноты вернутся в кэмп. Это плохо, поскольку между закатом солнца и восходом луны ничего не будет видно. Оказалось что маршрут рассчитан на два полных дня и одну ночь. У меня первый день был использован только на половину. Пришлось нам ускорить ход, и за последние три с половиной часа мы совершили приличный марш-бросок. Уже на подходе к кэмпу нас обогнали несколько джипов с туристами. Туристы махали мне бейсболками и платками, снимали на видео и фото. Видимо для них я был тоже какой-то диковинкой – белый человек едущий на верблюде в пустыне.
В кэмп я приехал совершенно уставшим. Пошел узнать что есть пожрать – через час будет ужин, приедет большая группа. Действительно приехала – это оказались те самые туристы что проезжали мимо нас на джипах. За столом познакомился – оказались итальянцы. Как уверяли меня, они были первой большой официальной группой приехавшей в Иорданию за последние три года, когда после известных событий поток туристов из Европы в Иорданию и Сирию значительно упал. Их якобы даже снимало в аэропорту вылета итальянское телевиденье, и вместе с ними в поездке был оператор. Уж не знаю что они вкладывали в понятие «первая официальная группа», поскольку итальянцев я в Иордании и до них видел, но для вида покивал головой. Служащие кэмпа быстро переоделись и начали изображать из себя бедуинов усиленно стуча в барабаны и играя на разных других арабских инструментах, затем показывали как готовят лепешки, потом объявили шведский стол открытым, все выстроились в очередь, ели, пили чай, а потом туристы уехали и я остался в кэмпе один. «Бедуины», один из которых был из Египта, убирались после шумных итальянцев, а я отправился спать. Кстати говоря, с утра, пока я ждал водителя и пил чай, имел беседу с египтянином. Он спросил не собираюсь ли я заехать в Акабу. Я ответил что нет, и времени не хватает, и говорят что Акаба не идет в сравнение с Египетскими курортами. Здесь он меня полностью поддержал – несколько лет он работал в Шарме, и уже переехав в Иорданию, почти год провел в Акабе – разница колоссальная.
оригинал на http://www.livejournal.com/users/allchaos/62376.html

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Поделись в социальных сетях

Теги

Читай также


Новости партнёров


Комментарии

символов 999

Новости партнёров

Новости tochka.net

Новости партнёров

Loading...

Еще на tochka.net