Бернард Шоу: к вопросу о непочтительности

Говорят, Джордж Бернард Шоу (George Bernard Shaw), второй драматург Англии, очень не любил произведения первого драматурга Англии, Уильяма Шекспира (William Shakespeare). То есть в написанном виде он

Говорят, Джордж Бернард Шоу (George Bernard Shaw), второй драматург Англии, очень не любил произведения первого драматурга Англии, Уильяма Шекспира (William Shakespeare). То есть в написанном виде он их, скрепя сердце и скрипя зубами, читать мог, а вот смотреть на них из зрительного зала в качестве театрального критика — нет. Стоило какой-нибудь несчастной труппе заявить о своем желании сыграть где-нибудь в захолустье пьесу Барда, как Шоу несся туда с пером наперевес и принимался строчить желчные, остроумные до потери пульса, язвительные рецензии, после которых труппе только и оставалось, что освободить помещение и уйти по-английски. А всё потому, что у Шоу, по свидетельствам современников, напрочь отсутствовала в черепе так называемая “шишка уважения”, что, кроме уродливой формы головы, придавало Шоу ещё и особую циничность в расправе с любым, кого он подозревал в “слепом следовании моде” и глупости. Глупость Шоу ненавидел больше всего в жизни и имел на это полное право: очень уж много драматург претерпел от неё.

Слишком рыжий, слишком язвительный, ко всем своим грехам ещё и ирландец, Шоу с ранней юности и до глубокой старости был вынужден бороться сначала за то, чтобы есть, потом за то, чтобы его не съели другие, и, в конце концов, за то, чтобы его перестали кормить нравоучениями и старомодными понятиями о том, как в Англии принято писать пьесы.

Шоу твердо решил стать литератором в двадцатилетнем возрасте. Он так шутил по этому поводу: “Англия завоевала Ирландию. Что мне делать? Завоевать Англию”. И за первые девять лет карьеры (написано романов — 5, напечатано — 0) Шоу заработал своим пером аж… пятнадцать шиллингов. К 1897 г. Шоу занимался литературной деятельностью уже более двадцати лет, но в Англии тогда в моде были водевили, мелодрамы и прочие “хорошо сделанные пьесы”. Можно себе представить, как подобное положение вещей выводило из себя интеллектуала Шоу!

В 1898 году у него вышел сборник “Пьесы приятные и неприятные”, в 1901-м ещё один — “Три пьесы для пуритан”, однако успех был всё так же далек. Отчаявшись добиться хоть сколько-нибудь значительного коммерческого успеха, Шоу ударяется в метафизическую заумь (“Человек и сверхчеловек”, 1903), пообещав в скором времени покончить с литературой и уехать на деревню к бабушке выращивать капусту…

Делу отнюдь не помогало то, что Шоу направо и налево рассказывал всем, что он социалист, хамил критикам и обижал дам, которых уличал в глупости. Для викторианской Англии хуже положения вещей не придумаешь. В любой вечерней газете обязательно была карикатура на Шоу, и почти всегда ей сопутствовало призвание заткнуть ему рот грязной тряпкой и пустить на корм рыбам. А лучше отправить в большевистскую Россию — пусть тетешкается с большевиками непосредственно по месту их обитания. Кстати, в 30-е годы Шоу побывал в Советском Союзе и даже в Украине. Драматург вернулся домой в приподнятом настроении, без устали рассказывая о молочных реках и кисельных берегах, черноземах и белых мазанках потемкинских деревень охваченной голодомором страны…

Но вернемся в первые десятилетия ХХ века, когда Шоу ещё не пользовался репутацией маститого драматурга. Ему ещё только предстояло написать свои лучшие пьесы, которые принесут ему всемирную известность:  “Пигмалион” (1914), “Дом, где разбиваются сердца” (1921), “Святая Иоанна” (1924).

И только когда Шоу отдал свои пьесы молодому театру “Корт”, они наконец-то нашли своего зрителя! Как оказалось, всё дело было не в отсутствии таланта у автора, а в нежелании дирекции академических театров прислушиваться к советам Шоу по поводу того, как лучше ставить его пьесы. Произведения Шоу не были традиционными, он, как и Шекспир тремя веками ранее, открыл новую эпоху английского театра. И, как всё новое и непонятное, его пьесы поначалу вызывали только недоумение.

В 1925 г. мир, наконец, сдался на милость победителя и признал за Шоу все его несомненные заслуги на литературном поприще. Джорджу Бернарду Шоу присуждается Нобелевская премия по литературе, от которой он отказывается, мотивируя это тем, что премия — не что иное, как спасательный круг, брошенный утопающему, когда тот уже добрался до берега. Шоу знаменит, благополучен, его признают, уважают, с ним считаются.

Его произведения сейчас изучают в школах и университетах по всему миру, по ним снимают фильмы. Его фирменный стиль — юмор на грани парадокса — стал примером для подражания молодых литераторов. Любой, кто знаком с творчеством Шоу, знает, что у него есть на редкость остроумные и точные высказывания на любой случай жизни.

Первый английский драматург, выругавшийся на сцене (устами Элизы Дулиттл), он являет собой один из лучших примеров конструктивной непочтительности. “Разумный человек приспосабливается к окружающему миру; неразумный упорно старается приспособить мир к себе. Поэтому прогресс всегда зависит от людей неразумных”, — сказал Шоу. Как нельзя точно. Про самого себя.

Анна Каневская

При написании статьи были использованы материалы сайта Афоризмы .

Скачать пьесы Бернарда Шоу можно здесь .

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Поделись в социальных сетях

Теги

Читай также


Новости партнёров


Комментарии

символов 999

Новости партнёров

Новости tochka.net

Новости партнёров

Loading...

Еще на tochka.net