Гарри Поттер снова на метле

Третью часть фильма понесло в другую сторону.

14 травня 2008, 09:21
Первые две части "Гарри Поттера" снимал Крис Коламбус, в фильмографии которого "Один дома" и "Гремлины" — детские картины. На третью часть — "Гарри Поттер и узник Азкабана" — приглашен мексиканец Альфонсо Куарон, ставший знаменитым после раскованного фильма "И твою маму тоже". Никто не понимал, чего ждать от столь крутого разворота. Но Куарон и впрямь внес в уже укатанную колею привкус новой авантюры.



Фильм стал менее пестр. В нем возник некий мрачный стиль — приглушенней цвета, менее эксцентричны актеры, фантастический мир кажется странно реальным. Впрочем, последнее я готов отнести и на счет того варианта картины, который мне удалось посмотреть, — в формате для кинотеатров системы "IMAX", где экран занимает все поле зрения, а четкость изображения и реалистичность звука на порядок выше, чем в обычном кино. Я даже думаю, что видевшие стандартную копию фильма сильно потеряли в яркости впечатлений. Потому что здесь вы в центре событий и, чтобы уследить за происходящим, надо активно вертеть головой, проваливаться вместе с героями в пропасти и вздрагивать, когда над головой со свистом проносятся дементоры, похожие на лохматые привидения.



Главные перемены — в облике Хогвартса. Школа магов и волшебников уже не выглядит веселым университетом молодых гениев. Она сама таит угрозу: зловеще раскачивается "маятник судьбы", движутся шестеренки времени, ночные коридоры полны призраков. Исчезла школьная униформа, которой гордились Гарри с друзьями, и они здесь теперь выглядят чужаками. Их враги размыты — могут обернуться друзьями, а друг может оказаться волком в овечьей шкуре. В роли Дамблдора Майкл Гэмбон заменил умершего Ричарда Харриса так виртуозно, что не сразу заметишь подмену. Зато появился принципиально иной тип — профессор Люпин, и для него понадобился принципиально иной типаж — актер Дэвид Тьюлис, которого мы запомнили по роли Поля Верлена в "Полном затмении". То есть идеальный актер на роли темных меланхоликов, грустных, будничных и подчеркнуто внесказочных.



Хогвартс теперь более обжит и будничен. Куарон каждому предмету в кадре поручил свою роль — все работает, все в движении, все имеет свой характер и чревато своими каверзами. Он извлекает массу юмора из живой картинной галереи в холле замка. Вслед за автором книги и сообразно собственным пристрастием азартно играет со временем, углубляется в паутину его "колец" в поисках возможных вариантов: герои могут поправить свои ошибки, пустив события в другом направлении. Умело закладывает в нас смутное, до поры необъяснимое ощущение этих ошибок, и мы тоже не успокоимся, пока они не будут исправлены. Так случилось в эпизоде казни гиппогрифа Клювокрыла — симпатичного гибрида коня с ястребом, который опасен, но любит ласку и закуску. Там уже было ясно, что не поттерово это дело — безучастно наблюдать, как гибнет друг зверь. Так и случилось: покрутили магическое колечко, время пошло вспять, все оказалось поправимо.



В этой типичной для компьютерного сознания иллюзии, однако, и слабина картины. Натерпелись страхов с леденящими дементорами и огнеглазыми оборотнями — но вспомнишь пережитое, и окажется, что все напасти легко отражались магией: помашет Гарри палочкой, прокричит заклинание — и все дела. По большому счету, особенно волноваться и не надо — здесь иные эмоции: детский восторг перед фантазией авторов, всемогущим бюджетом и техническим чудом, какое являет собой семиэтажный экран "IMAX". Зал забит детворой, из зала кричат экрану: "Гарри, спасайся!" — ТЮЗ да и только. И это было бы замечательно...



Но "Гарри Поттер" вкупе с "Властелином Колец" — любимые интеллектуальные игры времени. Для нас здесь и философия, и этика, и эстетика. Весь ХХ век такое кино, как "Гарри Поттер", считалось сугубо детским. XXI век, похоже, считает его мейнстримом не только репертуара, но и духовного багажа. Не знать "Поттера", не поклоняться Толкиену, не восхищаться "Килл-Биллом" так же стыдно, как когда-то не читать Толстого. Весь ХХ век взрослый люд, отправив ребенка на "Кощея Бессмертного", шел смотреть Симонова в "Живом трупе" или Смоктуновского в "Девяти днях одного года". Взрослый люд XXI века ударился в счастливое, но ничем особо умным не обремененное детство. "Поттер" — предмет зависти всех киностудий: если бы в Танзании умели делать такие спецэффекты, там снимали бы "Поттера". И чем выше возносится планка спецэффектов, тем меньше в кино места для искусства и мысли. "Сказка — ложь, да в ней намек"? Ни намека, ни урока — добры молодцы тупо хрустят кукурузой, завороженно следят за превращением крысы в толстого Петтигрю. Кино возвращается туда, откуда вышло, — на ярмарку, где женщина с усами и мужчина с хвостом. Оно такое бездумное, яркое и спецэффектное, что скоро людям с развитым интеллектом и художественными потребностями придется искать себе другой источник разумного, доброго и вечного. А новые Феллини и Тарковские окончательно останутся без работы.



Между тем у авторов киноэпопеи возникла серьезная проблема. В их планах — экранизация всех семи книг Джоан Роулинг, но исполнители главных ролей взрослеют быстрее своих героев — уже в третьей части Дэниэл Рэдклифф и Руперт Гринт заметно возмужали, а Эмма Уотсон становится записной голливудской дивой. Все трое понимают, что скоро не смогут играть подростков. Рэдклиффу уже 14; он признается, что увидеть кого-то другого в роли Гарри ему будет неприятно, и мстительно пророчит полюбившемуся герою смерть в последней серии фильма.

Автор: Валерий Кичин Российская газета

Підписуйся на наш Facebook і будь в курсі всіх найцікавіших та актуальних новин!

Читай також


Коментарі

символів 999

Новини партнерів

Loading...

Ще на tochka.net