History — Techno

Перед тем как вы начнете читать данный материал, хотелось бы указать на то, что информация, представленная в нем, не является энциклопедической и ни в коем случае не претендует на какую-либо

Перед тем как вы начнете читать данный материал, хотелось бы указать на то, что информация, представленная в нем, не является энциклопедической и ни в коем случае не претендует на какую-либо категоричность. Учитывая гигантские обьемы музыкальных релизов данного формата и географическую удаленность источников производства и распространения от отечественного потребителя, не стоит удивляться некоторым расхождениям во взглядах и суждениях среди даже весьма компетентных слушателей.

Итак, техно. Музыкальный стиль, одним своим названием подразумевающий некую механизированность, соответственно, монотонность и отточенность процесса, будь-то производство на сталелитейном заводе или многотысячный open air. Можно сколько угодно упрекать создателей и адептов стиля в ограниченности и агрессивности звучания, в деструктивном влиянии чередующихся звуков на психику и разлагающем влиянии мероприятий, пропагандирующих данную субкультуру, но слова ничего не значат там, где звучит TECHNO. Один из немногих стилей, который повлиял на мировоззрение целого поколения или, выражаясь словами исследователей, являл собой культуро-антропологический феномен. Если быть до конца точным, являет до сих пор, но в связи с развитием до полноценной индустрии и возникшей вместе с этим градацией, требует более детального рассмотрения в контексте существующих стилей и направлений.

После acid-house революции, которая, набрав силы в Великобритании, прокатилась по всему миру, и последовавшего за ней расцвета rave-движения, произошло некоторое расслоение ключевых на тот момент стилей. Так, в частности, hardcore, на каком-то этапе даже соперничавший в популярности с house, благополучно мутировав в trance, happy hardcore и gabba, породил такие довольно интересные ответвления, как jungle, breakbeat и, наконец, techno. Начиная с конца 80-х, techno претерпевает множество изменений, порождая немалое количество подстилей, но даже среди этого многообразия можно выделить некоторые основные тенденции развития.

 

Detroit Techno

Начну с американской школы, на мой взгляд, основополагающей и максимально соответствующей концепции техно-музыки.  В этом случае нельзя не упомянуть Нью-Йорк, монстра мировой культурной жизни, но на этот раз ему достались вторые роли. Колыбелью техно-музыки стал другой центр — промышленный, под названием Детройт, штат Мичиган. Там, среди заводов General Motors, и родилась техно-идеология, берущая за основу единение механизма и человека, доводящая эмоции до комбинации нулей и единиц. Кому-то это может показаться кощунством, но человек лишь продукт эпохи, и конец ХХ века, с его темпами индустриализации и техническим прогрессом, подготовил обширную почву для такого рода манифестов. Еще в середине 70-х немецкие электрогуру  Kraftwerk (Крафтверк) провозгласили эру man-machine, тем самым, проложив дорогу в массы электронной музыке.

Не удивительно, что многие техно-музыканты современности в первую очередь указывают в числе идейных вдохновителей именно этот коллектив. Некоторые даже характеризуют детройтский саунд как Крафтверк и Джорджа Клинтона, засунутых  вместе в лифт Дерриком Мэем. А последний знал, что делал, ведь он и является  одним из отцов-основателей данного стиля.

 Повстречав в далеком 1976 году на своем пути Хуана Аткинса (Juan Atkins), знакомящего его с творчеством Gary Numan, Parliament и все тех же Kraftwerk, Деррик посвящает свою жизнь музыке. Начинается все с выпуска mix-tapes, создававшихся с помощью магнитофонов, с непривычной (на тот момент) электронной музыкой. По прошествии некоторого времени к энтузиастам присоединяется Кевин Саундерсон (Kevin Saunderson), живущий по соседству. В 1981 году под влиянием Аткинса трио формирует команду Deep Space Soundworks, которая занимается представлением техно-музыки в клубах и на вечеринках. Аткинс и Мэй параллельно сотрудничают с местным  диджеем по имени Electrifyin Mojo, который, посредством своих сетов на радио, познакомил самого Аткинса с Kraftwerk и ранним synth-pop, за что ему отдельное спасибо. Впоследствии, после неоднократного посещения Чикаго, родины американского acid-house, представляемого в то время Frankie Knuckles и Ron Hardy, Мэй и Саундерсон начинают регулярно выступать в месте под названием Music Institute. Этот клуб сыграл немалую роль в развитии зарождающейся техно-сцены, кроме Аткинса, Мэя и Саундерсона там начинали свой творческий путь такие выдающиеся деятели, как Eddie “Flashin” Fowlkes и Blake Baxter. Так называемая “вторая волна” детройтских музыкантов, в которую входят Robert “Noise” Hood, Jeff Mills, ”Mad” Mike Banks, Carl Craig, Stacey Pullen и Kenny Larkin, во многом обязана своим существованием именно ему. Впоследствии эти люди оказали колоссальное влияние на мировую, не только техно-, но и музыкальную культуру в целом.

Наряду с диджейской деятельностью, не остается в стороне и написание музыки. Вдохновленный успехом электропроекта Аткинса под названием Cybotron,  Мэй приступает к записи серьезного материала с помощью купленного ранее Roland TR-909. В 1981-м он выпускает на виниле свой первый сингл Lets go на лейбле Аткинса под названием Metroplex, а затем открывает свой — Transmat. На нем он представляет свой наиболее значимый проект Rhythim is Rhythim с синглом Nude Photo. За этим релизом следуют Freestyle, It is what it is, Kaos и Strings of life, ставшие впоследствии классикой жанра. Для них, в частности, и для Detroit-techno, в целом, характерна эмоциональная насыщенность, органично совмещенная с довольно быстрой, порядка 136 BPM, ритмической основой. В какой-то мере на формирование классического звучания Детройта оказала чикагская acid-house сцена, в какой-то — параллели с электро. Следует отметить, что это выгодно выделяет детройтскую техно-школу среди остальных, в звучании которых преобладает акцент на скорость и нестандартность используемых звуков, зачастую невыносимых за пределами танцпола.

К сожалению, с растущим темпом цифровых технологий, аналоговое звучание, составляющее основу и главное достоинство детройтского техно, постепенно утратило свою актуальность. То есть, на данный момент стиль является фактически мертвым, и музыканты, работавшие в нем, релизами не балуют, предпочитая выступать в качестве диджеев, но назвать его забытым было бы ошибкой. Такое количество переизданий, выходящих на разных лейблах, крайне редкое явление в электронной музыке. И тут более чем весомым аргументом в пользу Детройта послужит выпуск культовым немецким лейблом  Tresor альбома “20 years Metroplex: 1985–2005”, произошедший буквально на днях. Диск посвящен деятельности Хуана Аткинса на протяжении последних 20-ти лет, и представляет собой антологию развития стиля от первого лица. So, keepin it real, — как говорят в Детройте.

 

Вадим Грибоедов

Якщо Ви помітили помилку, виділіть необхідний текст і натисніть Ctrl+Enter, щоб повідомити про це редакцію.

Поділися в соціальних мережах

Теги

Читай також


Новини партнерів


Коментарі

символів 999

Новини партнерів

Новини tochka.net

Новини партнерів

Loading...

Ще на tochka.net