Жванецкий: Как кому, а мне нравится думать!

Почему Жванецкий сатирик? Что такое сатирик?Маленький какой-то: сати-рик... Он Сатир! Алла Пугачева“Мне дали по морде, а я иду домой и пишу ответ.”“Мы жизнь не выбирали – мы в нее попали, как лисица

Почему Жванецкий сатирик?

Что такое сатирик?

Маленький какой-то: сати-рик...

Он Сатир!

Алла Пугачева

“Мне дали по морде, а я иду домой и пишу ответ.”

“Мы жизнь не выбирали – мы в нее попали, как лисица в капкан. А будешь освобождать лисицу, она тебе лицо порвет.”

Реплики эти бросаются в уши, въедаются в память, щекочут язык, остаются чьими-то блокнотными каракулями, компактно уложенными формулами чьих-то жизней остаются.

О Жванецком нет полноценных журналистских материалов. Можно спорить, но... нет. Интервью со Жванецким – жанр особый, вариант беспроигрышный, обреченный на успех. Вопросы интервью – формальность жанра, остальное – сплошь перлы. Жванецкий говорит афоризмами.

И не скажешь сходу, чем так дорог он нам, и не опишешь вот так, просто.

Ну – портфельчик, ну “свой”, да, признаться, остроумен, черт возьми, эдакий пришептывающий остроумец – “Михал Михалыч” – его зовут просто по имени, хвастаясь личным знакомством.

Знакомцы эти – из тысячных (а то и миллионных – если это телевидение) аудиторий. И знакомства эти – не часть шоу, не игра – они возникают основательно и взаправду, ибо Жванецкий действительно обращался непосредственно к этому человеку, обращался по-дружески, интимно, создавая ощущение близости, взаимопонимания даже не столько сказанным, сколько подразумеваемым, легко доступным догадке, как бы впускающим слушателя в дружбу...

Ну, всё вроде бы понятно – окончил факультет механизации портов ОИИМФа (Одесского института инженеров морского флота). Поступал на судостроительный, но взяли только на механизаторский. Отец хотел в медицину – а он не переносит вида крови. Смерть вызывает панику и злость. Известного женолюба, анатомическое устройство красивой женщины его так и не заинтересовало.

Молодая красавица жена, сын Митька, который любит колбасу – он рассказывает обо всём.

Но иногда посреди такого вот рядового журнального интервью проскальзывают нотки, не слышанные ранее, режут слух – совсем не смешные нотки.

Он называет творчество ответным ударом жизни, это для него жалоба. “После того, как звучат аплодисменты, сюда постепенно добавляется тщеславие. Каплями. И ты продолжаешь всё еще жаловаться на жизнь, но уже знаешь, что это будет пользоваться успехом. И в этом диком состоянии тебе еще кто-то объяснил, что у тебя талант – прочтя одну-вторую жалобу, он тебе рассказал. Кто-то. И еще капля тщеславия появляется. И потом уже аплодисментов больше. И тебе в первый раз заплатили. И причина появления произведений становится такая, что просто стыдно сказать.”

И он с пугающей откровенностью рассказывает, как ищет, всюду ищет жалобы, прислушивается к чужим жалобам, на публике старается жаловаться лучше – чтобы громче аплодировали.

“…только-только накорякал, и бежишь уже на сцену, читаешь в зал – смотрите, что я написал! Слушайте! Вот это всё – и тщеславие, и талант, и, в общем, счастье.”

А еще, по Жванецкому, “добрый, положительный, честный человек не напишет ничего – у него ничего нет”. Не способен, оказывается, человек с “хорошим” характером творить.

“Почему ж я пишу? Потому что жуткий характер! Есть что писать. А у меня столько намешано! Что я пишу – и еще хватит. Я в конце концов перевоплощаюсь в каждого…”

Оказывается, чье-то удачное выступление грозит ему продолжительными депрессиями, которые потом покорно и терпеливо лечит жена.

Жена мужа, который любовь называет величайшим несчастьем человечества.

“Любовь, которую ты обрушиваешь на другого, вызывает страх, сопротивление. Ты это преодолеваешь, прикручиваешь человека к себе. И любишь ты благодаря сопротивлению и вопреки ему. То, что мы считаем любовью, на самом деле – просто супружеская верность, привычка, привязанность. А любовь со страстью, та, которая бывает в десятом классе, никогда не кончается счастливо.”

“Концов счастливых не бывает. Если счастливый – это не конец.”

Он бросает упреком всем нам: “Вы получаете удовольствие от моих мук”, он упрекает коллег по цеху за фальш, а коммунистическую партию – за ”честность” воспитания.

Небольшой упитанный весельчак Михал Михалыч, обожающий собственные тексты, которыми набит его потертый потфельчик – такой вот сценический персонаж придумал Жванецкий. А под каким еще видом рассказывать со сцены о ценности неторопливого жизнесозерцания?

A-mol

Якщо Ви помітили помилку, виділіть необхідний текст і натисніть Ctrl+Enter, щоб повідомити про це редакцію.

Поділися в соціальних мережах

Теги

Читай також


Новини партнерів


Коментарі

символів 999

Новини партнерів

Новини tochka.net

Новини партнерів

Loading...

Ще на tochka.net