17 декабря 1973 года Сергей Параджанов был арестован по обвинению в мужеложстве с применением насилия (ст. 122, ч. 1, 2 УК УССР) и распространении порнографии (ст. 211 УК УССР). Его также пытались обвинить в спекуляции, однако, за нехваткой доказательств, эта часть обвинения отпала. В 1973 году был арестован, а в 1974 г. — осужден на 5 лет по ст. 122 ч. 1, 2 и ст. 211 УК УССР. В 1978 г. был досрочно освобожден. В 1989 г. в первый и последний раз побывал за границей, в Париже.
“Прелестен, но невыносим”
Список профессий и умений Параджанова был огромен. По словам окружающих, он был экспертом, каких мало. Сережа хорошо рисовал, консультировал по керамике, стеклу, фарфору, средневековому искусству, оружию, антиквариату. Пользовался непререкаемым авторитетом среди ювелиров. Был и поныне остается высоко почитаемым большими и малыми светилами в области археологии, истории, этнографии, фольклора и литературы Древнего Востока. И всё это в свободное от занятий режиссурой и кинодраматургией время. Вот что за человек был “тот самый Параджанов”.
Бывшая жена охарактеризовала его так: “Прелестен, но невыносим”. Параджанов охотно это цитировал, но убежденно делал ударение на первом слове. Во ВГИКе он учился в мастерской украинского режиссера Игоря Савченко. Это был звездный курс, на нём учились Александр Алов, Владимир Наумов, Юрий Озеров, Марлен Хуциев. Возможно, под влиянием вгиковского мастера Параджанов снимает несколько фильмов, основанных на фольклорном материале, – “Украинская рапсодия”, “Андриеш”, “Цветок на камне”. В 1963-м Параджанов ставит “Тени забытых предков” по повести украинского писателя Михаила Коцюбинского.
История любви гуцульского пастуха Иванко и Марички в жизни Параджанова стала воплощением “американской мечты”. После выхода фильма он проснулся не просто знаменитым, он проснулся великим, встав в один ряд с мэтрами мирового кино. Триумфальное шествие “Теней...” по планете: двадцать восемь призов на международных фестивалях в двадцать одной стране (по этому поводу строка в Книге рекордов Гиннесса), поздравительные восхищенные телеграммы от Феллини, Антониони, Годара, Куросавы.
Его переделывали десятки раз
Следующий фильм Параджанова “Саят-Нова” был в прямом и переносном смысле красочной иллюстрацией этой истины. Фильм переделывали, кроили и резали на разные лады около двадцати комиссий. И всё равно нашумел! С присущим ему “великодушием к сволочам” Параджанов скажет в восемьдесят восьмом: “Мне всю жизнь везло в том смысле, что никогда не получалось сохранять фильмы в том виде, в котором я их делал”. Разделение труда: он делал – его переделывали.
Следующей после “Цвета граната” картины – “Легенды о Сурамской крепости” – он ждал семнадцать лет. Потому что сел в тюрьму. Во второй раз. В первый это случилось в сорок седьмом. Его посадили в Тбилиси, без суда и следствия. Обстоятельства освобождения были столь же загадочны, сколь и обстоятельства ареста, – вроде бы его попросту выкупили родственники. Во второй раз, в семьдесят первом, дела обстояли куда серьезнее…
Сергей Параджанов написал четыре сценария на свободе: “Тени забытых предков” (1964), “Цвет граната” (1969), “Этюды о Врубеле” (1989) и “Лебединое озеро. Зона” (1990). На зоне у него отняли карандаши. Он “прятал сценарии в уме” – говорил, что за год собрал в “надежном месте” наброски ста сценариев. “Я забыл больше, чем вы будете знать”.
Самая богатая коллекция его жизни была составлена не из призов международных кинофестивалей и не из предметов антиквариата, чтобы быть подаренной “с гениального плеча” или украденной под шумок очередного ареста. “Самая богатая коллекция” составлена была из непоставленных фильмов, неутвержденных сценариев, незаконченных съемок... Неснятая автобиографическая “Исповедь”, например. Параджанов о Параджанове – можно только пытаться представить себе, что это был бы за фильм.
“Опускаемая” статья
В тюрьме его били. Некоторые уголовники считали, что он сидит, чтобы “снять киношку про тюрьму”. У него была “грязная”, практически не оставлявшая шансов выжить, статья – гомосексуализм. Тем не менее Параджанов вскоре приобрел авторитет. Как стало известно на зоне, в одном из пунктов того самого обвинительного заключения значилось, что “режиссер Сергей Параджанов изнасиловал члена КПСС”.
После второй посадки его исключили из Союза кинематографистов. При аресте исчезло семнадцать его сценариев. Часть была конфискована органами, видимо, из тех соображений, что “надо знать своих врагов”. Часть заботливо прибрали к рукам друзья – “сохранить для Сережи”. Ни одного из “сохраненных” сценариев не увидел... под своей фамилией. Друзья, друзья...
Его “условно освободили”, когда Луи Арагон от Международного комитета по освобождению Параджанова (был такой комитет, возмутилась мировая общественность: сколько же раз вы думаете сажать режиссера мировой величины) уломал Брежнева, и тот дал добро на освобождение. Параджанова не могли отыскать в зонах чуть не полгода. Он был уже не Параджанов, а зэк номер такой-то. Часто перебрасывали из тюрьмы в тюрьму, “затирали”. “Самое страшное, – говорил Параджанов, – когда тебя за ногу тихо будят ночью. Значит, переводят в другую зону”.
...Последние несколько лет он болел, постоянно и тяжело. Как говорят, изменился: стал суровее, злее. Он имел на это моральное право. Всегда. “Мною всю жизнь движет зависть. Я завидовал красивым – и стал обаятельным, я завидовал умным – и стал неожиданным”. Завидовал талантливым – и стал гениальным. Сергей Параджанов умер в 1990 году в Ереване от рака.
Сергей Космин
17 декабря 1973 года Сергей Параджанов был арестован по обвинению в мужеложстве с применением насилия (ст. 122, ч. 1, 2 УК УССР) и распространении порнографии (ст. 211 УК УССР). Его также пытались обвинить в спекуляции, однако, за нехваткой доказательств, эта часть обвинения отпала. В 1973 году был арестован, а в 1974 г. — осужден на 5 лет по ст. 122 ч. 1, 2 и ст. 211 УК УССР. В 1978 г. был досрочно освобожден. В 1989 г. в первый и последний раз побывал за границей, в Париже.
“Прелестен, но невыносим”
Список профессий и умений Параджанова был огромен. По словам окружающих, он был экспертом, каких мало. Сережа хорошо рисовал, консультировал по керамике, стеклу, фарфору, средневековому искусству, оружию, антиквариату. Пользовался непререкаемым авторитетом среди ювелиров. Был и поныне остается высоко почитаемым большими и малыми светилами в области археологии, истории, этнографии, фольклора и литературы Древнего Востока. И всё это в свободное от занятий режиссурой и кинодраматургией время. Вот что за человек был “тот самый Параджанов”.
Бывшая жена охарактеризовала его так: “Прелестен, но невыносим”. Параджанов охотно это цитировал, но убежденно делал ударение на первом слове. Во ВГИКе он учился в мастерской украинского режиссера Игоря Савченко. Это был звездный курс, на нём учились Александр Алов, Владимир Наумов, Юрий Озеров, Марлен Хуциев. Возможно, под влиянием вгиковского мастера Параджанов снимает несколько фильмов, основанных на фольклорном материале, – “Украинская рапсодия”, “Андриеш”, “Цветок на камне”. В 1963-м Параджанов ставит “Тени забытых предков” по повести украинского писателя Михаила Коцюбинского.
История любви гуцульского пастуха Иванко и Марички в жизни Параджанова стала воплощением “американской мечты”. После выхода фильма он проснулся не просто знаменитым, он проснулся великим, встав в один ряд с мэтрами мирового кино. Триумфальное шествие “Теней...” по планете: двадцать восемь призов на международных фестивалях в двадцать одной стране (по этому поводу строка в Книге рекордов Гиннесса), поздравительные восхищенные телеграммы от Феллини, Антониони, Годара, Куросавы.
Его переделывали десятки раз
Следующий фильм Параджанова “Саят-Нова” был в прямом и переносном смысле красочной иллюстрацией этой истины. Фильм переделывали, кроили и резали на разные лады около двадцати комиссий. И всё равно нашумел! С присущим ему “великодушием к сволочам” Параджанов скажет в восемьдесят восьмом: “Мне всю жизнь везло в том смысле, что никогда не получалось сохранять фильмы в том виде, в котором я их делал”. Разделение труда: он делал – его переделывали.
Следующей после “Цвета граната” картины – “Легенды о Сурамской крепости” – он ждал семнадцать лет. Потому что сел в тюрьму. Во второй раз. В первый это случилось в сорок седьмом. Его посадили в Тбилиси, без суда и следствия. Обстоятельства освобождения были столь же загадочны, сколь и обстоятельства ареста, – вроде бы его попросту выкупили родственники. Во второй раз, в семьдесят первом, дела обстояли куда серьезнее…
Сергей Параджанов написал четыре сценария на свободе: “Тени забытых предков” (1964), “Цвет граната” (1969), “Этюды о Врубеле” (1989) и “Лебединое озеро. Зона” (1990). На зоне у него отняли карандаши. Он “прятал сценарии в уме” – говорил, что за год собрал в “надежном месте” наброски ста сценариев. “Я забыл больше, чем вы будете знать”.
Самая богатая коллекция его жизни была составлена не из призов международных кинофестивалей и не из предметов антиквариата, чтобы быть подаренной “с гениального плеча” или украденной под шумок очередного ареста. “Самая богатая коллекция” составлена была из непоставленных фильмов, неутвержденных сценариев, незаконченных съемок... Неснятая автобиографическая “Исповедь”, например. Параджанов о Параджанове – можно только пытаться представить себе, что это был бы за фильм.
“Опускаемая” статья
В тюрьме его били. Некоторые уголовники считали, что он сидит, чтобы “снять киношку про тюрьму”. У него была “грязная”, практически не оставлявшая шансов выжить, статья – гомосексуализм. Тем не менее Параджанов вскоре приобрел авторитет. Как стало известно на зоне, в одном из пунктов того самого обвинительного заключения значилось, что “режиссер Сергей Параджанов изнасиловал члена КПСС”.
После второй посадки его исключили из Союза кинематографистов. При аресте исчезло семнадцать его сценариев. Часть была конфискована органами, видимо, из тех соображений, что “надо знать своих врагов”. Часть заботливо прибрали к рукам друзья – “сохранить для Сережи”. Ни одного из “сохраненных” сценариев не увидел... под своей фамилией. Друзья, друзья...
Его “условно освободили”, когда Луи Арагон от Международного комитета по освобождению Параджанова (был такой комитет, возмутилась мировая общественность: сколько же раз вы думаете сажать режиссера мировой величины) уломал Брежнева, и тот дал добро на освобождение. Параджанова не могли отыскать в зонах чуть не полгода. Он был уже не Параджанов, а зэк номер такой-то. Часто перебрасывали из тюрьмы в тюрьму, “затирали”. “Самое страшное, – говорил Параджанов, – когда тебя за ногу тихо будят ночью. Значит, переводят в другую зону”.
...Последние несколько лет он болел, постоянно и тяжело. Как говорят, изменился: стал суровее, злее. Он имел на это моральное право. Всегда. “Мною всю жизнь движет зависть. Я завидовал красивым – и стал обаятельным, я завидовал умным – и стал неожиданным”. Завидовал талантливым – и стал гениальным. Сергей Параджанов умер в 1990 году в Ереване от рака.
Сергей Космин